Безусловно, читателю не нравится, когда автор прячет от него главного героя своих же рассказов. Я имею в виду Германа Погребельного. И все же Герман убедил меня в том, что огласка имени повредит его карьере ученого и общественного деятеля. Но сегодня я назову реальные имена ребят из лаборатории Погребельного, которые прошли подземельями под всей Самарой. До этого никому сделать подобного не удавалось.

 

ТРИ КАРТЫ

Рассказывает Александр Зайцев  студент второго курса электротехнического факультета СГТУ.

Погребельный дал нам карту, как предполагалось, одного из подземных ходов Самары и предложил идентифицировать с картой города. Привязке поддавалась только одна точка - военный санаторий на седьмой дачной просеке.

Вторую карту мы обнаружили в областной библиотеке. Это схема подземной узкоколейки 1936 года. На ней нас заинтересовало место, обозначенное крестом, который был изображен шариковой ручкой - значит, не так давно.

Третья карта появилась совсем недавно. А именно после рассекречивания некоторых материалов партийного архива. Сопоставление всех трех карт помогло масштабировать общую картину. На третьей карте особо было отмечено место, которое совпало с крестом на второй карте.

В целом мы получили некую приблизительную схему подземных коммуникаций с двумя точками выхода на поверхность: в военном санатории и в подземных бомбоубежищах, которые строились во время второй мировой войны на Хлебной площади специально для сотрудников посольств.

ПЕРВАЯ ПОПЫТКА

В августе этого года мы спустились в подземные галереи под Хлебной площадью и убедились, что ход в сторону узкоколейки завален. Зато нашли обводной путь, который был затоплен. В тот же день вернулись с аквалангом. Успешно проникли за завал, но разбирать его не стали, ибо нашли более легкий ход.

Погребельный дал нам месяц на подготовку и три конкретных задания: пройти весь путь от Хлебной площади до санатория, проверить легенду о Белом диггере и попытаться обнаружить колонию гигантских котов.

Сами для себя мы поставили еще одну задачу: решили подробно обследовать место, отмеченное на двух картах. Но вначале следовало найти выход на подземные сооружения в военном санатории. После двух недель безуспешных поисков к нам подошел оператор телекомпании РИО и предложил помочь с поиском выхода. В обмен на участие в нашей экспедиции. Поскольку Погребельный не возражал, то все решилось как нельзя хорошо. Оператор попросту знал интересующий нас выход.

ВЫХОД НА МАРШРУТ

Старт был намечен на субботу 28 сентября. Весь маршрут предполагалось пройти за двое суток. Первые двести метров шли по пояс в воде. Потом коридор резко повернул на северо-запад, стал подниматься, а затем снова пошел вниз. Но воды уже не было. Еще метров через триста под острым углом коридор соединился с подземной галереей.

Здесь потянуло свежим воздухом. По галерее свободно может проехать грузовик. Видимо, так и было. В пыли на полу мы обнаружили следы протектора. Под полукруглыми сводами через каждые 50 метров висят лампочки под круглыми жестяными абажурами. Стены чистые: без плесени и нецензурных выражений, которыми изобилует бомбоубежище. Нам даже показалось, что в галерее убирают.

Ориентировочно, плюс-минус 30 метров, мы шли под кварталами между улицами Куйбышева и Фрунзе. На траверзе областного УВД обнаружили круглый коллектор примерно в рост человека, если, конечно, Серегу и Игоря считать людьми, а меня нет. Я в этом коллекторе шел на полусогнутых ногах. Как мы и предполагали, он привел нас прямо под УВД и закончился мощной герметичной дверью. Открывать ее мы и не собирались.

БЕЛЫЙ ДИГГЕР

Рассказывает Сергей Зверев  студент первого курса аэрокосмического университета.

Перед тем, как вернуться в основную галерею, ребята решили снять на видео дверь под УВД, а я пошел назад. Дойдя до выхода из коллектора, еще раз убедился, как тянет воздухом с южной стороны. Вышел на центр галереи и попытался пробить тьму впереди фонариком "Варта". Дальше пятидесяти метров все тонуло во мраке. И тут я ЕГО увидел. Волосы, натурально, встали дыбом.

Если бы нас о Белом диггере не предупреждали специально, я мог бы и в обморок упасть, с перепугу. Считается, что это самовнушение, но убедиться в этом надо самому. Тогда я выключил фонарь, но явственно видел белый силуэт идущего на меня человека. Человек был метрах в ста впереди, за плечами у него угадывался рюкзак. Я готов был поклясться, что слышу гулко отдающиеся под сводами галереи его шаги.

Ноги стали ватными. Я хотел крикнуть ребят, но не мог пошевелить языком. Рядом что-то грохнуло. Как потом выяснилось, это я уронил и разбил свою "Варту". До сих пор не могу понять, как получилось, что я упал. Больно ударился затылком о бетонный пол. Даже не я, а как будто кто-то другой, какой-то посторонний наблюдатель подсказал, что я впадаю в панику. Слово "паника" заставило вспомнить все, что мне говорили.

Ползком я добрался до стенки галереи, сел, прислонившись к ней спиной. Я видел белую фигуру уже метрах в пятидесяти перед собой, страх еще не схлынул, но умом я уже понимал, что передо мною в десяти метрах противоположная стена галереи. Не может там быть никакого человека, тем более, что глаза мои плотно зажмурены. На всякий случай я проверил это руками и ими же плотно прикрыл глаза. Фигура приближалась, но я уже чувствовал, что совладал с воображением. Белый диггер расплылся в фиолетовую кляксу. Набрав в легкие воздуха, я что есть силы, закричал.

- Ты чего орешь, как Кобзон? - из коллектора появился Игорь, а за ним и Сашка.

- Проверяю акустику, - сказал я и ничего не стал рассказывать ребятам.

В первые же сутки под землей и они оба попадали в такую же историю. А в районе Клинической больницы, где на глубине около 80 метров нам пришлось устроиться на ночлег, мы даже экспериментировали. Один из нас вглядывался вдаль коридора и говорил, что видит, например, кенгуру. Не проходило и 15-ти секунд, как кенгуру видели все. Стоило одному из нас сказать, что кенгуру с рогами, как у сумчатого отрастали рога. При этом мы могли смотреть в разные стороны или просто сидеть с закрытыми глазами. Чтобы избавиться от видения, Сашка придумал хороший способ. Он говорил, что призрак утекает в пол, как терминатор. Призрак "утекал". Правда, если моему воображению нечем было заняться, этот же или любой другой призрак, как терминатор, появлялся из того же пола.

Так мы узнали, что такое сенсорный голод. С этого времени и до конца маршрута трепались мы беспрерывно. Это все же лучше, чем наблюдать Белого диггера в образе бегемота.

ПОДЗЕМКА

Рассказывает Александр Зайцев.

В районе площади Куйбышева галерея подворачивала вправо. Здесь мы ожидали увидеть ответвления в сторону штаба ПриВО и бункера Сталина, но ничего подобного не обнаружили. А еще дальше уперлись в массивные двустворчатые металлические ворота во всю ширину и высоту галереи. Открыть их не представлялось возможным, а из-под ворот потягивало сероводородом.

Надо было решать что делать. Решили поужинать, поскольку время приближалось к восьми вечера. За ужином поиграли в Белого диггера. Игорь умудрился увидеть его даже в телеобъективе видеокамеры. Мы с Серегой там ничего не увидели. Впрочем, ничего удивительного: мы же лохи в этом деле, а Игорь - профессионал!

Пока ужинали, попробовали услышать сверху стук трамваев. Не услышали. Зато совершенно явно услышали, как прямо под нами простучали колеса на стыках рельсов. Нельзя сказать, что это было неожиданностью. У нас ведь была карта с обозначенной узкоколейкой. Шли мы как раз вдоль нее, но никаких рельсов не было. Мы уж было решили, что их давно демонтировали.

Медленно пошли назад, обращая теперь больше внимание на пол, нежели на стены. Когда, по нашим расчетам, мы находились под зданием оперного театра, обнаружили на полу три железные крышки. Такие же, как на дорогах и тротуарах города. Под одной из них была мощная охапка проводов. Под второй на глубине трех метров от пола зловонная жижа, а третья уходила глубоко вниз.

По железным скобам в этом люке мы спустились метров на 20 и очутились в огромном зале. Когда как следует его осмотрели, оказалось, что более всего зал напоминает станцию метро. С западной стороны в стене шесть металлических дверей с винтовыми задвижками. Двери выходят на платформу, которая с восточной стороны обрывается у рельсов узкоколейки на высоте около метра над нею. Влево и вправо рельсы уходят в полукруглые шахты. В общем, метро как метро. И запах тот же.

Нам надо было идти налево. Пошли по шпалам, хмуро шутя по поводу внезапного появления поезда. Вдоль стен тянулись гнилые провода, но ниши, чтобы спрятаться в них, начисто отсутствовали. Рельсы, хотя и ржавые по бокам, сверху блестели.

ЗАПЛУТАЛИСЬ

Рассказывает Игорь.

Так по рельсам мы двигались часа два. Около 10 вечера обнаружили ход наверх, который по стене уходил в коллектор. Такой же, как тот, в который мы спускались из галереи. И только его прошли, я заметил впереди свет.

Остановились. Прислушались. На нас шел поезд. Это чувствовалось и по движению воздуха, и по нарастающему гулу. Сломя голову бросились к ходу наверх. У меня застрял рюкзак при заползании в коллектор снизу. Пришлось его сбросить и взбираться наверх без рюкзака, поскольку в одной руке был кофр с камерой. Рюкзака я больше не увидел.

Вылезли из люка коллектора выше уровня пола. На полу по колено воды. Стали искать место посуше. Коридорчики, которые шли, как нам казалось, наверх, петляли. В одном месте поднялись еще выше. Там было сухо, но сильно пахло сероводородом. На всякий случай надели противогазы. А когда, наконец, нашли подходящее место, чтобы обсохнуть и определиться, оказалось, что заблудились.

Саша Зайцев - наш штурман - утверждал, что мы в районе станции метро "Московская". Той, что еще строится. Сергей пошел искать тот коллектор, откуда мы вылезли. Не нашел, вернулся. Мы уже капитально устали. Аккумуляторы камеры отсырели, и она не включалась. Фонари тоже едва светили. Но был еще запас сухих батареек.

Когда Сашка нашел комнату с деревянными полами и даже горячей трубой, мы буквально валились от усталости. Спать было трудно: неизвестно где находимся, да еще эти студенты играют в Белого диггера. Так под маячивший перед глазами силуэт я и заснул.

КЛАД НАЧАЛА ПЕРЕСТРОЙКИ

Рассказывает Александр Зайцев.

Я проснулся раньше ребят от какого-то равномерного стука. Решил разведать. По гулким коридорам пошел на звук. Нашел еще один коллектор наверх. Поднялся. Сухой коридор. Дверь. И вдруг прямо за дверью прогрохотал поезд. Я потянул дверь на себя и оказался метрах в пятидесяти от платформы станции метро "Гагаринская". Не представляете себе, как я обрадовался! Прикрыл дверь - и к ребятам.

У Игоря поднялась температура. Я проводил его к станции метро и вернулся на место. С Сергеем мы пошли дальше. Уже через час снова шли по пояс в воде. А еще через полчаса нашли, наконец, то самое место, которое было обозначено крестом на карте.

В большом сводчатом зале штабелями стояли железные ящики. В них пачками, аккуратно уложены деньги в банковской упаковке. Мы обнаружили два ящика с сотенными купюрами образца 1991 года, один с двадцатипятирублевками. В остальных были красные десятки. В нескольких ящиках - медные монеты. Тут же картонные коробки с тушенкой, сгущенкой и моей любимой килькой в томате.

Один ящик с червонцами мы потащили с собой. Но по пути сначала выбросили ящик, а потом и червонцы. Вообще, оставили только по маленькому рюкзачку с сухой одеждой и противогазы. В эту ночь мы уже не спали. Так и брели в холодной воде сомнамбулами. На узкоколейку и галерею ни разу не вышли. Никаких гигантских котов не увидели. Дважды разбирали завалы, один из которых завалился окончательно через минуту после того, как мы его прошли. Натерпелись, короче.

Но до санатория все же доковыляли. Больные и мокрые никак не могли выйти на солнышко - очень сильно резало глаза от дневного света. А к тому кладу или складу мы еще вернемся. Очень интересно узнать его происхождение.

 

P.S. Не знаю точно что они там нашли, но все трое почему-то стали срочно оформлять загранпаспорта.

P.P.S. А вчера я познакомился еще с одной командой, которая обследует те же подземелья. И гораздо удачнее.  Если удастся их "раскрутить", расскажу в одном из следующих рассказов
