Пешком по преисподней
Немало страшных находок таит подземный мир Петербурга

О московских диггерах известно многое.
Гораздо меньше известно об их петербургских коллегах, поскольку они появились в городе сравнительно недавно.
Но петербуржцы предпочитают называть себя "сталкерами", а с движением диггеров, по какой-то неясной причине, у них сложились крайне натянутые отношения.

Во всяком случае, небезызвестного Вадима Михайлова, лидера москвичей, они именуют не иначе как "волосатиком" и обещают "остричь наголо, если он объявится в Петербурге".

Первые сталкеры появились в городе, когда группе молодых людей из клуба "Спелеолог" стало тесно и скучно в стенах этого заведения.

- Начну с того, что инструктор, проводивший занятия, имел странную фамилию Лапоть. К тому же приходилось платить ему немалые деньги, а он нес какую-то чушь об уникальной спелеофауне. В общем, мы решили самостоятельно заняться подземными исследованиями. И начали, конечно, с пещер, - рассказывает о периоде становления лидер петербургских сталкеров по прозвищу Борман.

Саблинские пещеры под Петербургом стали первым местом, где неоднократно бывала группа Бормана. Поселок Саблино в
Ленинградской области знаменит двумя объектами: женской исправительной колонией и карстовыми пещерами, которые протянулись под землей на многие километры. Вокруг этих пещер - "Жемчужных", "Штанов", "Мокрой" - ходят самые разные слухи. Говорят, что во время войны немцы спрятали здесь Янтарную комнату, что отдельные пещерные ходы выводят на берег
Ладоги, что в 80-х годах в пещерах обитала беглая уголовница Маша Патамка, нападавшая на саблинских аборигенов, пока ее не угробил Белый спелеолог - призрак дядьки, погибшего тут задолго до появления бандитки.

В общем, много чего говорят об этих пещерах.

А вот Борман плюется:

- Там все вокруг спелеологами обосрано. Неприятные ребята, хуже собственных экскрементов. Бородатые, в кедах и невероятно трусливые. Помню, группа человек в 10 остановилась в одной из "Жемчужных" пещер, а мы - в боковом лазе, без света, стояли. Их галдеж надоел Сашке Бидону, он взял булыжник да как по ним шарахнет! Они притихли, слышим - зашелестели: "Белый спелеолог,
Белый спелеолог..." и по-быстрому так свалили.

В дальнейшем сталкеры полностью переключились на Петербург, где открыли целый подземный мир, таинственный и неизвестный.

Прежде всего это относится к историческому центру города, в границах 1914 года. Одним из объектов этого мира является подземный ход Михайловского (Инженерного) замка. Знатоки петербургской старины считают, что существует целая сеть секретных галерей, сооруженных архитектором Бренной во время строительства замка. Основной ход был проложен из спальни императора
Павла I в подвалы Мальтийской католической церкви в здании Пажеского корпуса. Другие галереи проходили в западном, восточном и южном направлениях от замка. С XIX века предпринимались немногочисленные попытки поиска подземных ходов, но они не дали положительных результатов.

Сталкерам повезло: они сумели отыскать узкий лаз, вероятно, в одну из галерей, который работники садово-паркового хозяйства приспособили под свои нужды: сваливали туда мусор и опавшие листья. Работяги называли это место "дырой" и были очень довольны, что не надо, как неграм, грузить говно на машину.

Когда сталкеры спустились вниз, то обнаружили кирпичный сводчатый ход. Выглядел он довольно зловеще: темный, холодный, в пыльных космах вековой паутины. Пройти по нему в направлении замка удалось около десяти метров, затем ход повернул в сторону и резко пошел под уклон, под ногами захлюпала вода и путь преградил завал из кирпичей и грунта. Разобрать завал, не поднимаясь на поверхность, оказалось невозможным. Поэтому все работы были приостановлены. Ничего, представляющего интерес (за исключением нескольких медных монет XVIII века), в галерее обнаружено не было.

Возобновить обследование подземного хода группа Бормана планирует после своей легализации, а пока лаз вновь засыпан прелыми листьями и "прикормленный" Вася, парковский бригадир, старательно гоняет от "дыры" всех праздногуляющих. Недавно он даже явно переусердствовал, граблями избив какого-то очкастого типа, подозрительно ковыряющегося в листьях.

Другим не менее интересным объектом являются подземелья Александро-Невской лавры, представляющие лабиринт из небольших помещений, соединенных между собой узкими переходами. Вполне возможно, что изначально они служили монастырской тюрьмой, а позже были заброшены и входы в них замурованы. И судя по всему, нынешние хозяева лавры не догадываются о существовании подземных сооружений. А может быть, и знают, но никак их не используют.

Сталкеры, между тем, проникли в подземелья совершенно невообразимым образом: через склеп на Никольском кладбище лавры.
Достаточно было сдвинуть в сторону надгробную плиту, спуститься в могилу, чтобы рядом с полуистлевшим гробом увидеть когда-то кем-то пробитую дыру в каменной кладке, ведущую куда-то в непроглядную, затхлую тьму. Об этом жутковатом входе они узнали благодаря пьяной болтовне известного в городе кладбищенского мародера по прозвищу Гнилуха.

Обследование подземелий началось с южной части, проходящей под основными строениями лавры. Здесь был сделан ряд находок, представляющих определенный интерес: несколько кавалерийских карабинов, наган 1916 года выпуска, станок от пулемета "максим" и около десятка "бутылочных" гранат. Из-за влаги все оружие давно уже превратилось в никуда не годный хлам. По мнению
Бормана, арсенал, скорее всего, мог иметь отношение к какой-нибудь организации контрреволюционеров времен Гражданской
войны.

В другом месте сталкеры наткнулись на сундук, наполненный слипшимися в один ком восковыми свечами. Немало попадалось и других предметов: разбитые и целые старинные штофы, фрагменты тканей, железных цепей и т.п.

До настоящего дня необследованной остается северная часть подземелий, поскольку проходы туда полностью затоплены водами реки Монастырки. Именно на эту часть сталкеры возлагают большие надежды, так как, по некоторым данным, тут может находиться ценное имущество петербургской знати, спрятанное в смутные годы революции.

Из других сталкерских маршрутов стоит отметить Лиговские катакомбы и систему современных подземных коммуникаций.

До начала нашего века застройка Лиговского проспекта проходила достаточно хаотично. Облик проспекта и прилегающих районов продолжительное время формировался без всякого градостроительного плана. В результате на Лиговке сложился уникальный комплекс подземных сооружений (катакомбы, как их называют сталкеры), состоящий из подвалов, погребов и различных помещений неясного предназначения, нередко довольно внушительных размеров, оставшихся от некогда снесенных культовых, промышленных и жилых зданий.

Катакомбы притягательны во всех отношениях, тем более что порой здесь случаются удивительные находки. Так, в районе Боровой улицы в одном из подземных помещений, по словам сталкеров, они наткнулись на настоящую воровскую "малину". Судя по обрывкам газет, пустым водочным бутылкам и другим предметам, она процветала тут в конце 40-х - начале 50-х годов. Конечно, золота и драгоценностей в "малине" не было, но зато какое разнообразие бытовых вещей из воровской добычи! В прах источенная молью верхняя одежда, патефон, фарфоровые статуэтки и т.п. Кроме того, был найден набор воровского инструмента - универсальные "фомки", "лапы" и отмычки всевозможных конфигураций.

Поэтому есть шанс, что известная легенда о сокровищах Леньки Пантелеева, знаменитого налетчика 20-х годов, может обернуться реальностью. Во всяком случае, сталкеры на это надеются.

Другое открытие, сделанное ими, не из разряда занимательных. Напротив, оно оказалось в духе нашего неспокойного времени.

- В системе коммуникаций очень сложно ориентироваться, но доступ туда неимоверно прост. Поднял крышку уличного люка - и ты уже там. Такая доступность чревата тяжелыми последствиями. Ведь если системой воспользуются какие-нибудь террористы или просто психопаты, то взорвать любое городское здание им не составит большого труда, - к такому невеселому выводу пришли знатоки подземного Петербурга.

Кстати, не следует думать, что подземные маршруты сталкеров напоминают прогулки по Невскому проспекту. Отнюдь! Подобные путешествия - дело рискованное и крайне опасное.

Прежде всего это связано с тем, что во многих местах передвигаться по подземельям возможно лишь низко пригнувшись, а нередко - ползком. Приятного в этом мало, особенно когда знаешь, что сверху нависло несколько тонн земли и обвал возможен в любой момент. К тому же хозяева подземелий - крысы, пауки, многоножки и прочая мерзость при появлении человека проявляют страшное беспокойство, падают вам на голову и стараются укусить.

Однако еще больше опасностей таит система подземных коммуникаций. Здесь можно нарваться на оголенный кабель высокого напряжения, утечку ядовитого газа, выброс раскаленного пара или кипятка. Но главную опасность представляет та публика, что обитает в системе. В первую очередь - бомжи. Когда бомжей мало, они ведут себя смирно, но стоит числу этих субъектов перевалить за десяток, как их поведение приобретает полную непредсказуемость и становится на редкость агрессивным. "Бомжатник" - так на сленге сталкеров именуются места в коммуникациях, где отмечены скопления изгоев. А таких мест немало, особенно в районах городских железнодорожных вокзалов, мясокомбината, комбината "Пищевик" и т.д. Но "бомжатники" имеют обыкновение появляться в новых местах, причем неожиданно.

Впрочем, опасны и работники различных подземных служб: метрополитена, "Водоканала", газовщики и т.п. Говорят, что, поймав в системе постороннего - бомжа либо черезмерно любопытного гражданина, - они его не выгоняют и не сдают в милицию, а долго издеваются и заставляют до потери сознания выполнять тяжелую работу: таскать кабель, шпалы, месить бетон. Правда это или нет - точно неизвестно. Но однажды на вспомогательной линии метро в районе Сенной площади целая бригада монтажников, побросав работу и с криками: "Бомж, бомж! Держи его!", устремилась в погоню за одним из сталкеров. По признанию последнего, чудом ускользнувшего от преследователей, намерения работяг не предвещали ничего хорошего.

И тем не менее довольно стремительно растет число тех, кто хотел бы "прогуляться" по подземному Петербургу. Недавно к Борману с просьбой устроить ему такую "прогулку" обратился богатый дядька из Германии, любитель острых ощущений. Перед выходом экстремал долго рассказывал про то, как якобы он, будучи в сельве реки Ориноко, голыми руками душил ягуаров и анаконд. Для начала было решено провести его по подземельям лавры, оставив на "закуску" несколько крупных "бомжатников". В лавре немец чувствовал себя героем, но в первом же "бомжатнике", получив удар обломком кирпича, потребовал вывести его на поверхность.
Вот уж воистину: что русскому хорошо, то немцу - смерть.

В ближайшие планы сталкеров входит легализация своей деятельности. На этот счет идей у них много. В первую очередь, организация маршрутов по подземному миру Петербурга (без коммуникаций) и объектам, расположенным в области, - подземельям Гатчины и форта Ино. Однако противников таких планов тоже немало. Прежде всего в среде самих сталкеров, считающих свое ремесло уделом избранных и не желающих его опошлять "бородатыми уродами в кедах, с гитарами и рюкзаками"...

Виктор СТЕПАКОВ, С.-Петербург
